Caroline Wagner
Все болезни от недостатка магии
Ночь обвивается вокруг моих ног и стелиться мягким ковром. Настолько мягким, что звуки тают. Звуки моих шагов. Я иду по переулкам, порой удлиняя путь - здесь было бы проще спуститься в переход, но я не хочу под землю.
Не ночью.
Я ведь очень хорошо знаю, что в такие ночи можно, спустившись под землю, уже не выйти оттуда. И хорошо если кто-то увидит хотя бы капельку твоей крови на плитах. Или слетевшую серьгу.
Хотя и на поверхности такое случается.
Я наклоняюсь и подбираю с мостовой небольшую серебряную сережку. В ее материале я сомневаюсь, пока не замечаю клеймо. Серьга отправляется в нагрудный карман рубашки, а я оглядываюсь по сторонам: нет ли кого?
Тишина.
Только тень впереди слишком уж глубокая для это ночи.
Я перехожу на другую сторону - последовать за бывшей хозяйкой серьги не хочется. Я прохожу мимо высокой башни какого-то торгового центра и выхожу на параллельную улицу. Впереди остановка. Я подхожу к ней, сажусь на скамейку и достаю серьгу.
Крыло на тонкой цепочке и кольцо крепления. Красиво.
Я чувствую, как где-то под плащом напрягается спина - там начинаются спрятанные в каком-то неведомом месте крылья. Я о них знаю.
Мне даже иногда удается их почувствовать, но расправить их и взлететь - никак.
Я забыла, как это делается.
Серьга снова занимает место в кармане, а тем временем из-за угла выезжает троллейбус. Он подъезжает к остановке и открывает двери, но я даже не трогаюсь с места.
Двери захлопываются. Махина троллейбуса уезжает.
Вы никогда не задумывались о том, насколько же велика эта машина по сравнению с человеком? Я об этом думаю каждый раз когда захожу внутрь, чтобы куда-то поехать.
По крыше павильона начинает барабанить дождь. Я поднимаю бесполезный воротник и иду дальше. К метро.
Оно, наверно, либо уже закрыто, либо готовиться к этому.
Но мне без разницы.
Ведь сейчас, если спуститься под землю, можно не выйти на поверхность.
Как та девушка, которая обронила серьгу.
Хотя она, быть может, просто ее потеряла и сейчас расстраивается, крутясь перед зеркалом.
Я опять достаю серьгу.
Мерцание серебра в одном месте гаситься пятном.
Мне нет нужды приглядываться, чтобы понять, что мешает блеску обрести совершенство.
Кровь.
Я счищаю пятнышко и, задумавшись, останавливаюсь. Потом вынимаю из правого уха серьгу-колечко - одно из той той пары, которую мне подарила одна из сестер в больнице, где я очнулась полгода назад - и вдеваю крыло.
Я не знаю, зачем я это делаю.
С другой стороны - почему бы и нет?

@темы: цикл "Город"